|
Служившие в банях мальчики готовили эти веники «для парки». Они же разливали по бутылкам квас, который продавался в банях. Мальчиков этих привозили в Москву из соседних областей: Ярославская давала Москве половых в трактиры, Владимирская — плотников, Калужская — булочников. Банщиков давали три губернии, но в каждой — по одному — двум уездам. Москву насыщали банщиками уезды: Зарайский-Рязанский, Тульский-Каширский и Веневс-кий. Так из поколения в поколение шли в Москву мужчины и женщины.
Самой популярной фигурой в бане был парильщик, труд которого был неимоверно труден. «С пяти часов утра до двенадцати ночи голый и босой человек, только в одном коротеньком фартучке от пупа до колена, работает беспрерывно всеми мускулами своего тела, при переменной температуре от 14 до 60 градусов по Реомюру, да еще при том все время мокрый». От хозяина парильщик денег не получал, а жил за счет подачек от мывшихся за свой каторжный труд. Иногда из полученных денег половину он отдавал хозяину.
В наших банях в XIX веке оказывалось много услуг. «В «дворянских» отделениях был кейф, отдых, стрижка, бритье, срезание мозолей, ставка банок и даже дерганье зубов, а «простонародные» бани являлись, можно безошибочно сказать, «поликлиникой», где лечились всякие болезни. Медиками были фельдшера, цирюльники, бабки-костоправки, а парильщики и там и тут заменяли массажистов еще в те времена, когда и слова этого не слыхали». Цирюльники проводили в банях кровопускания, не соблюдая никакой санитарии. «Открывание крови» было любимой операцией ключников, ломовиков, мордастых лихачей, начинавших жиреть лавочников и серого купечества». В женских банях для белизны лица заваривали в шайке траву-череду, а в «дворянских» банях женщины мыли лицо миндальными высевками.
|
